Почему в Бурятии люди умирают после допросов в полиции?

Александр Верхотуров был задержан в 2014 году. Вместе с малолетним сыном он мирно спал в своей квартире, когда в неё ворвались правоохранительные органы.

— Я находилась дома, открыла полиции дверь. Непонятно было, что случилось. Не было бумаг, ордеров, просто заявили, что нужно проверить человека, якобы подозрения есть. Но по какому именно подозрению проверить надо — не объяснили, — рассказывает вдова.

— Я сразу поехала в отдел с многочисленными вопросами. Мне заявили, что его допросят и отправят домой. А через сутки какой-то случайный мужчина увидел полицейскую машину и на заднем сидении — тело человека, у которого голова уже была запрокинута. Руки были закованы в наручники. Мужчина заснял все на видео и позвонил местным газетчикам. Приехали и начали все снимать, придавать дело огласке. Поэтому такая реакция началась со стороны следствия, только потому что о случившемся узнали все.

Данную ситуацию правоохранительные органы прокомментировали следующим образом: «утром Александра мы хотели доставить в отделение. В автомобиле ему стало плохо, остановились около аптеки, чтобы купить аммиак. Пока покупали, он умер в машине».

— О каком аммиаке идёт речь, если он весь избит. А судя по виду, тело не первый час лежало на заднем сидении. Это просто ужас, звери… Из-за многих нераскрытых дел так поступают, дабы свои звания заработать. Убивают невинных, дабы не искать настоящего вора или убийцу. Любой кто жить хочет — сознается в содеянном, — рассказывает вдова Анна.

Родственники погибшего парня смогли добиться проведения экспертизы, которая бы доказала вину полиции. Ни один из местных адвокатов не захотел брать данное дело, видимо, запугали. Семье пришлось нанимать человека из другого города.

В следственном комитете данное дело «замяли», заявив, что Александр погиб от сердечной недостаточности, хотя независимая экспертиза опровергла данную информацию.

— Много раз писала заявление и в СК, и в прокуратуру и даже в Министерство Внутренних Дел. Отказывали постоянно. Толку долбиться было ноль, вот вам и органы, защищающие людей, — плачет мама погибшего.

«Сколько готов заплатить за вздох?»

— Вот уже 2 года нет с нами внука, — рассказывает бабуля Никит Светлана Назаркина. В это же время кладет конфету около могильной плиты парня.

На кладбище стоят все родственники: мать, брат, дедушка. Кто-то ставит свечи, кто-то чинит рамку Никиты, а дедушка, переживший инфаркт из-за смерти внука, молча сидит в своей машине.

— Когда в гробу увидела внука, то шокирована была, 17-летний парень был полностью седой, — плачет бабушка.

Семья перекрестилась и поговорила с Никитой, затем молча поехали домой, проливая слёзы по пути. Не каждому дано пережить смерть сына или внука. Но даже если пережить удаётся — это будет преследовать вас всю жизнь.

Летом 2016 года парня и его друга Дмитрия арестовали в магазине. Правоохранительные органы предъявили им обвинение в краже 2-х велосипедов. Парней начали избивать ещё до того, как в отделение привезли: видеокамеры из магазина смогли заснять этот момент, полиция о видеонаблюдении не знала. Позднее 18-летнего Диму и 17-летнего Никиту увезли в управление розыска и завели в подвальное помещение.

— Один из сотрудников взял подвальные ключи. Первого Диму туда отправили, пытали несколько раз. По итогу он не выдержал и подписал бумаги о признании в квартирных кражах. После этого его отвезли в те места, где он якобы вытащил что-то из квартир, — вспоминает пенсионерка Светлана Назаркина.

Позже следствие выяснило, что Никиту завели сразу после Димы. В уголовном деле числится такая фраза: «В целях получения признания о совершенном преступлении, сотрудник нанес 20 ударов по телу несовершеннолетнего. Плюс ко всему, мужчина попытался придушить Никиту, из-за чего у него случилась нехватка кислорода и рвота».

К слову, когда дело было подано огласке, Дмитрия признали невиновным в тех квартирных кражах, на которые он подписал признательные документы.

Виноватыми в убийстве парня считаются начальник отдела по раскрытию имущественных преступлений Андрей Павлов, а также его заместитель Анатолий Олоктонов. Ещё 3 человека оперативника также в той или иной степени принимали участие в избиении парня.

— Павлов, выходя из подвала, заявил: «Я его убил, наверное», — вспоминает мать погибшего. — Парня отвезли к врачам и заявили, что он уже был избит неизвестными.

Сотрудники полиции всеми силами пытались «замять» дело.

— Каждый из соучастников сговорился за несколько дней до допросов. Они давали идентичные и абсолютно ложные показания о случившемся, — рассказывает служба СКР. — Они также давили морально на свидетелей, вынуждая оставлять ложные показания. Следственный комитет для получения более полной картины случившегося допросил 120 человек. Было назначено также более двух десятков экспертиз по данному делу.

Жители Улан-Удэ заявляют, что местные правоохранительные органы уже не первый год фабрикуют уголовные дела, избивают невиновных и выбивают из них фальшивые показания.