Профессор Литературы Поставил На Место Приставших К Нему Хулиганов

В 1990-х годах литературу Средних Веков на журфаке Санкт-Петербургского университета вел Андрей Семенович Колосков. Стоит отметить, что доктор филологических наук вид имел отнюдь не профессорский: не смотря на то, что у этого блестящего преподавателя в роду были исключительно интеллигенты: костюм Колоскова был вечно помят, на голове была стрижка-ежик из седоватых волос, во рту была золотая фикса, а на правой руке отсутствовал палец.

После того, как он прочитал очередному студенческому потоку первую лекцию, он изрядно удивил присутствующих студентов — он попросил написать на одной стороне листа все знакомые им матерные выражения, а с другой — жаргонно-воровские. Потом все выяснилось — Андрей Семенович занимался изучением уголовного фольклора, собирая их, как в поездках на зоны, так и среди студентов.

Вот такой интересный преподаватель. Тогда же в 90-х с ним произошла следующая история — возвращаясь на электричке в родное Купчино, он столкнулся с тремя классическими представителями совершенно другого класса — бритоголовыми товарищами в спортивных костюмах и кожаных куртках. Настроение у них было никакое, ехать так просто скучно, поэтому они решили пристать к интеллигентному дяде. Мол, что в карманах, делиться надо, братан, без базара, в натуре,и так далее по тексту. На что Александр Семенович на смеси конкретного мата и чистейшей фени высокой пробы, не используя ни одного нормального слова живого великорусского языка, произносит длиннейший монолог. Из его пафосной речи, с большим трудом и постепенно, никогда еще не топтавшие зону «спортсмены-быки», с нарастающим ужасом понимают, что только что они «наехали» на ровном месте на одного из самых известных криминальных авторитетов страны, знаменитого вора в законе, который прямо сейчас возвращается из мест лишения свободы. И по приказу которого завтра их обязательно найдут лучшие уголовные силы Питера, если только они прямо сейчас не извиняться перед ним в высшей степени искренне. После чего все трое с белыми лицами стали прямо в электричке на колени и просили прощения до следующей остановки, на которой просто вылетели из электрички.